АСМ

Центр сертификации
и разрешительной документации с 1997 г.

  • +7 9999-7-9999-4

    многоканальнй номер

  • WhatsApp и Viber

    бесплатная консультация

  •  Skype

     ежедневно
    с 24 часа в сутки

Про танки, фланец и таможню. Куда может завести незнание правил международной торговли

В прошлом году на российском нефтяном рынке произошло сразу два масштабных сбоя, последствия которых до сих пор продолжают аукаться и мешают России зарабатывать деньги на поставках нефти и нефтепродуктов. 19 апреля стало известно об аварии на нефтепроводе "Дружба" - в него по вине одного из поставщиков попала "не та" нефть. А в конце года - 18 декабря - полиция и сотрудники таможенных органов пришли в гости сразу по 14 адресам в дома и офисы семьи миллиардера Михаила Гуцериева

О размахе этого мероприятия можно судить даже географически: обыски прошли не только в Москве и Московской области, но и в Санкт-Петербурге, а также в Ростовской и Нижегородской областях.

Два этих, на первый взгляд, никак не связанных между собой события тем не менее похожи по своим последствиям. Как только об этих ЧП стало известно, добросовестные российские компании - поставщики нефти и нефтепродуктов - оказались моментально скомпрометированы в глазах своих контрагентов и понесли не только репутационные, но и весьма солидные материальные издержки. В итоге ОАО "Транснефть" пришлось на время закрыть нефтепровод для ремонта и компенсировать финансовый ущерб своим партнерам. А некоторые бизнес-структуры, входящие в холдинг "САФМАР" Михаила Гуцериева, накануне Нового года оказались фактически парализованы из-за паники, возникшей у их партнеров. Те просто приостановили все расчеты со ставшей в мгновение ока "токсичной" бизнес-структурой, решив, что благоразумнее дождаться какой-нибудь развязки этой истории.

Чтобы хоть как-то снизить негативный эффект от этих новостей, пресс-служба промышленно-финансовой группы "САФМАР" поначалу даже пыталась отрицать очевидное, утверждая, что никаких обысков в квартирах и офисах нет. Но затем, после лавинообразного появления разного рода "утечек" в соцсетях, в Telegram-канале Mash и других электронных СМИ, которые на удивление оперативно выкладывали фотографии с мест событий, причем даже оттуда, где никаких журналистов заведомо быть не могло, благоразумно "ушла в тень", предоставив коллегам демонстрировать свою явную вовлеченность в эту спецоперацию силовых структур.

Масла в огонь подливало и то обстоятельство, что поначалу никто не мог понять, кого и в каких прегрешениях подозревают. Когда наконец обыски завершились и спецгруппы, изъяв все необходимые им документы, ушли, так никого и не задержав и не выдвинув никаких обвинений в адрес топ-менеджеров и акционеров холдинга, паника и растерянность в российском бизнес-сообществе наконец начали спадать. Но им на смену тут же пришло недоумение, потому что в ходе этих обысков выяснилось, что основанием для появления опергрупп стало уголовное дело, возбужденное 22 ноября 2019 года Управлением на транспорте МВД России по Центральному федеральному округу по части 3 статьи 226.1 УК РФ (контрабанда стратегически важных товаров и ресурсов) в отношении капитана судна перевозчика и неустановленных лиц. А формальным поводом для возбуждения этого дела, как писали СМИ, стали рапорты сотрудников Центральной энергетической таможни ФТС России, которые утверждали, что в 2017-2018 годах холдинг "ФортеИнвест", который входит в группу "САФМАР" Михаила Гуцериева, а ее гендиректором является его сын Саид Гуцериев, по подложным документам вывез на Украину 130 тысяч тонн нефтепродуктов стоимостью около 2 миллиардов рублей.

Группа "САФМАР", в которую входит и холдинг "ФортеИнвест", является одним из крупнейших игроков не только на нефтяном рынке, но и вообще в российской экономике

При этом в сопроводительных документах значилось, что на самом деле горючее якобы должно было оказаться в Турции. Однако, по версии оперативников, танкеры с дизтопливом, выходившие из российских портов, в частности из Азова (Ростовская область), до Анкары и Стамбула так ни разу и не добрались, предпочтя дальним турецким берегам более близкие в географическом отношении украинские порты.

Прочитав эти обвинения, любой человек, несведущий в устройстве нефтяного рынка, может подумать, что так оно и было. Любой - да, но не таможенник, который по определению обязан разбираться, на какой стадии стопроцентно российский товар вдруг перестает быть российским. И должен хотя бы догадываться, почему у каждого связанного с нефтью предприятия есть своя узкая специализация. Но почему-то в этом случае специальные знания и простейшая логика дали сбой, что и привело к возникновению этого анекдотичного по своей сути, но крайне опасного по своим последствиям для экономики страны уголовного дела.

Бизнесмены знают, что незримая граница нашей Родины проходит везде, где находятся таможни. А на нефтеналивных судах, которые приходят в российские порты, чтобы забрать купленную у нас в стране нефть и отвезти ее хоть к черту на рога, хоть на кудыкину гору, где за нее, может быть, заплатят еще больше, эта незримая граница является совершенно осязаемым физическим объектом и гордо носит свое собственное название - фланец. По сути, это специальное приемное отверстие, через которое любой жидкий груз попадает в танки (tank в переводе с английского - бак, резервуар, цистерна, емкость) на борт судна.

К тому же фланец на танкере обладает еще одним волшебным свойством - пройдя через него, любой стопроцентно российский товар, будь то нефть, бензин, мазут или дизтопливо, - окончательно переходит из собственности продавца в собственность покупателя, а заодно он еще и переходит госграницу - становится иностранным, если за него была уплачена таможенная пошлина. С этого момента ответственность за груз несет уже покупатель. И он волен распоряжаться им по своему усмотрению - при желании может даже самостоятельно съесть на завтрак или подарить на ужин врагу прямо в порту погрузки.

В терминологии международной торговли есть даже специальное буквенное сокращение для подобного рода контрактов - FOB. Расшифровывается эта аббревиатура Free On Board - в переводе на русский "Свободно на борту", и она означает, что продавец выполнил поставку, когда товар перешел на борт судна в указанном порту отгрузки.

Собственно, именно такой тип контракта и был у ForteInvest AG - дочерней компании холдинга "ФортеИнвест" - с компанией Cantarell Trading LTD, которая специализируется на различных международных перевозках. Причем не только нефти и нефтепродуктов, но и угля, нефтегазового оборудования, различных сельхозпродуктов, а также сжиженного газа. География ее деятельности тоже впечатляет - это страны СНГ, Азии, Евросоюз. Разумеется, что за годы своей работы на этом рынке Cantarell Trading LTD получила не только большой опыт взаимодействия с российскими поставщиками, но и сама заслужила статус надежного партнера. И при этом она ничем, кроме контрактов, не связана с АО "ФортеИнвест" ни прямо, ни косвенно.

- Учитывая, что большинство контрактов в международной торговле являются по большей части типовыми (а схема FOB - одной из самых распространенных), отмена или необоснованные сомнения в том, что какой-то из них является "ненадежной формой" торговли и несет непредусмотренные контрактом дополнительные риски судебного преследования, может повлечь за собой системную отмену всех контрактов. И не только этого типа, - заявил адвокат АО "ФортеИнвест", известный правовед Анатолий Кучерена. - Тем более что инициатива в заключении какого-либо из них исходит от покупателя, а не продавца. Именно покупатель определяет, как в случае с FOB, и тип судна, которое он планирует использовать, и сроки исполнения контракта, и количество необходимого ему товара. Такова международная практика, и вмешательство третьей стороны в эти отношения, в том числе и государства, может крайне негативно сказаться на всей трансграничной торговле.

Всего этого любой мало-мальски грамотный таможенник не знать не может, потому что согласно всем установленным регламентам товаросопроводительные документы (поручение на погрузку, коносамент, карго-манифест, сертификат качества) оформлялись портовым перевалочным терминалом по поручению ForteInvest AG на основе информации, предоставленной компанией Cantarell Trading LTD. И перед началом погрузки товара на танкер таможенники в поручении на погрузку сделали отметку "Погрузка разрешена", разрешающую этот товар погрузить. А после завершения грузовых операций таможенники поставили отметку "Вывоз разрешен" на карго-манифесте, подтверждая тем самым, что товар убыл с таможенной территории России.

Как только это происходит, процедура экспорта считается завершенной и товар приобретает статус иностранного. То есть загруженный в любом российском порту танкер может уйти куда угодно, хоть на покой в нейтральные воды, в ожидании лучшей цены. Собственно, такое много раз и случалось. Когда не так давно в США возник очередной нефтяной кризис, около американских берегов в ожидании роста цен на "черное золото" дрейфовало более ста таких танкеров. И каждая минута их формального "простоя" делала владельцев груза заметно богаче. Но никому не пришло в голову обвинить их в каких-либо прегрешениях, например в такой частности, как изменение порта разгрузки во время транспортировки из пункта А в пункт Б по воле владельца груза. Такой вот бизнес, когда даже формальный простой танкера-перевозчика вместо плановых убытков иногда превращается в звонкую монету.

Очевидно, недопонимание сотрудниками таможни этих нигде не писанных правил и сыграло с ними, как с профессором Плейшнером, злую шутку. Во всяком случае, совершенно необъяснимо, почему в конце 2019 года они вдруг прозрели и предъявили претензии российскому холдингу "ФортеИнвест" за проданные еще в 2017-2018 годах нефтепродукты, которые, согласно их же таможенным документам, легально и с уплатой таможенной пошлины пересекли границу и перешли в собственность иностранной компании. И почему, наконец, эти претензии, если они вдруг стали актуальны, не были выдвинуты той самой компании Cantarell Trading LTD, которая, по версии компетентных органов, якобы нарушив свои обязательства, отвезла злополучный бензин, дизтопливо и мазут вместо Турции на Украину. Может быть, потому, что иностранные покупатели, получив столь странный привет, попросту отвернутся от российских берегов?

Как при таком развитии событий может пострадать бюджет Российской Федерации, можно только гадать. Но совершенно очевидно, что и российские продавцы, узнав, чем им может грозить торговля с не искушенными в тонкостях российской юриспруденции иностранцами, как-то сразу погрустнели. А вдруг они тоже по незнанию когда-то продали какой-то стратегически важный товар заморскому гостю, а тот перепродал его не тому, кому бы следовало?

Учитывая, что в России около 300 компаний торгуют нефтью и нефтепродуктами, а иностранных покупателей на порядок больше, вероятность продать что-то "не туда" вырастает в гео­метрической прогрессии. Тем более что по сложившейся на мировом рынке практике любой товар может поменять свое гражданство, даже формально еще не оказавшись на борту судна. Просто потому, что так в какой-то момент сложилась конъюнктура этого самого рынка, а действующий контракт на поставку этого самого товара уже есть. То есть товар еще в России, а в случае с нефтью, он может быть еще даже и не добыт, а его уже дважды, а то и трижды перепродали. Что, собственно, обычно и происходит.

К слову, количество контрагентов, с которыми АО "ФортеИнвест" имеет торговые контракты, - около 400. И претензии у контролирующих органов возникли только к одному из таких контрактов на поставку. Причем на весьма скромные, по меркам холдинга, как количества проданных нефтепродуктов, так и их общую стоимость. 130 тысяч тонн нефтепродуктов - это меньше 0,8 процента от общего объема ежегодной переработки в 17 миллионов тонн тремя нефтеперерабатывающими предприятиями холдинга "ФортеИнвест". А в пересчете на два года (2017-2018) цифра становится просто смешной до абсурда! Особенно на фоне ежегодной выручки "ФортеИнвеста", которая достигает 400 миллиардов рублей.

Но даже такого мизерного объема якобы "токсичной" поставки в 130 тысяч тонн, а в 2017 году из России на экспорт было отправлено 148,4 миллиона тонн нефтепродуктов, хватило, чтобы перепугать весь рынок.

Есть еще один аспект, почему все так переполошились. Группа "САФМАР", в которую входит и холдинг "ФортеИнвест", является одним из крупнейших игроков не только на нефтяном рынке, но и вообще в российской экономике. Даже простое перечисление компаний и активов Михаила Гуцериева занимает не одну страницу. И большинство из них - это бюджетообразующие предприятия для многих регионов страны. Только ежегодные налоговые отчисления "САФМАР" в бюджеты различных уровней составляют не менее 200 миллиардов рублей. Поэтому столь масштабные обыски, связанные с неким возможным и нигде не зафиксированным нарушением только лишь в одной из корпораций холдинга, рынок оценил как "черную метку" для всего бизнес-сообщества.

Ни для кого не секрет, что с 1 июня 2019 года Россия ввела эмбарго на поставку на Украину российской нефти и нефтепродуктов. Под запрет также попали каменный уголь, окатыши, бурый уголь, кокс, ретортный уголь и другие виды топлива. Пропан, бутан и другие сжиженные газы могут поставляться на Украину только по специальному разрешению Министерства экономического развития РФ и в ограниченном количестве. Разумеется, что это постановление правительства не имеет никакого отношения к коллизии вокруг якобы "контрабандных поставок" топлива на Украину в 2017-2018 годах, но российским экспортерам этих товаров на всякий случай нужно подготовиться - вдруг у таможенников задним числом опять широко откроются глаза на подписанные ими самими документы?

Хочется верить, что следователь по этому уголовному делу - фактически под конец 2019 года его передали дальше по инстанции старшему следователю по особо важным делам следственной части СУ УТ МВД России по Центральному федеральному округу - разберется в нагромождении странных "доказательств" вины в отношении не­установленных лиц. Тем более что опасность такого прецедента для российской экономики совершенно очевидна. Подорвать реноме добросовестного поставщика может любая нелепость или глупая ошибка, расплачиваться за которую потом придется очень долго и дорого. Технологическая авария на нефтепроводе "Дружба" тому яркий пример.