АСМ

Центр сертификации
и разрешительной документации с 1997 г.

  • +7 9999-7-9999-4

    многоканальный номер

  • WhatsApp и Viber

    бесплатная консультация

  •  Skype

     ежедневно
    с 24 часа в сутки

Долгие проводы: зарубежный бизнес ищет варианты безболезненного ухода из РФ

Долгие проводы: зарубежный бизнес ищет варианты безболезненного ухода из РФ - Обзор прессы

Иностранные компании, объявившие об уходе из России, ищут способы, как это сделать наиболее безболезненно. Вариантов немало. В том числе и таких, которые потом помогут вернуться.

Как минимум трое иностранных производителей, владеющих предприятиями в Санкт–Петербурге, уже ищут покупателей на свои активы. Это British American Tobacco, Heineken и Carlsberg. Об уходе с российского рынка также заявили Fazer (владеет тремя хлебозаводами в Петербурге), Valio (размещал контрактные производства на молокозаводах Ленобласти), Ball Corporation (владеет заводом по производству алюминиевых банок во Всеволожске) и Fiskars, которому принадлежит предприятие по выпуску садовых инструментов. В числе "окончательно уходящих" также финский девелопер SOK (16 магазинов Prisma и три отеля Sokos), YIT и Bonava.

Другие иностранцы оставили дверь приоткрытой: по подсчётам "ДП", в городе и области временно приостановили работу 12 иностранных предприятий. Причины не только политические, но и экономические (например, нехватка комплектующих). В их числе Coca–Cola, четыре автозавода (Hyundai, Toyota, Nissan и MAN–Scania), связанные с ними производители автокомпонентов (Magna, Yura Corp и "МВ Кингисепп"), завод по выпуску холодильников и стиральных машин Bosch, производитель красок Jotun Paints, мебельный завод IKEA, лесопильная "Мется Свирь", а также производитель медоборудования Thermo Fisher.

Простой — это не увольнение

Региональные власти, ответственные за рынок труда, не оценивают ситуацию как критическую. По данным на 30 марта, на простой в Петербурге отправлены 12 694 человека на 57 предприятиях, сообщили "ДП" в Смольном. Там не называют конкретные заводы, но уточняют, что в основном речь идёт о промышленности, общественном питании и торговле. Эти цифры нельзя назвать огромными: всего в городе работают более 3 млн человек. Простой не является подготовкой к увольнению, его чаще объявляют, когда хотят возобновить работу, полагает источник "ДП" в администрации города. Хотя, признаёт он, в этом режиме работникам снижают зарплату — обычно до 2 / 3 оклада.
В соседней Ленобласти на простое 3043 человека на 30 предприятиях. Крупнейшие из них — завод "Икеа Индастри Тихвин" (861 человек), а также поставщики автокомпонентов "Йура Корпорейшн Рус" (796 человек) и "МВ Кингисепп" (138 человек). В правительстве региона тоже оценивают ситуацию как стабильную. "Показатели, характеризующие рынок труда, а именно численность безработных граждан и уровень регистрируемой безработицы, остаются на уровне начала марта. Это 3,8 тыс. безработных граждан, уровень безработицы — 0,4%. Если ситуация изменится, государство готово обеспечить рабочими местами, в том числе на временных и общественных работах, всех сотрудников, находящихся под риском увольнения", — говорит Алла Астратова, председатель комитета по труду и занятости населения Ленинградской области.

Не подобрать партнёра

Уйти можно по–разному, говорят юристы, опрошенные "ДП". В случае окончательного ухода речь чаще всего идёт о продаже бизнеса или о его ликвидации.

Продажа активов другому собственнику — достаточно сложный способ "выхода" из страны: возникают вопросы о поиске покупателя, согласования сделки с Федеральной антимонопольной службой и при необходимости иными органами, а вывод денег из России может быть осложнён, указывает Илья Кавинский, партнёр юридической фирмы Ru.Courts.

Учитывая срочность отчуждения активов, продавцы могут быть вынуждены идти на снижение стоимости или смягчать условия платежа, добавляет Екатерина Баранова, юрист BGP Litigation. "При этом не стоит забывать, что приобретение ценных бумаг или недвижимости у компаний из "недружественных стран", если их конечными бенефициарами не являются граждане России, требует согласия правительственной комиссии", — уточняет она.

Стоит отметить, что не любая российская корпорация готова стать спасательным кругом для иностранного бизнеса. По словам Сергея Привалова, старшего партнёра, руководителя практики корпоративных конфликтов и банкротств юридической компании "ССП–Консалт", российские бизнесмены тоже учитывают репутационные риски, а также ответственность за возможное ухудшение финансовых показателей. "Всё это, конечно, добавляет сложностей при поиске партнёра внутри России", — поясняет он.

Нидерландский Heineken, заявивший о намерении передать российский бизнес новому владельцу, в России владеет семью пивоварнями. Один из заводов, петербургский, выпускает пиво под 20 брендами (включая Heineken, Amstel, Guinness, Edelweiss и Zlaty Bazant). Это крупное предприятие: выручка ООО "Объединённые пивоварни Хейнекен" в 2021 году составила 37 млрд рублей, чистая прибыль — 879 млн, свидетельствует СПАРК.

Carlsberg Group, сообщившая об аналогичном решении, владеет петербургским пивоваренным заводом "Балтика". При этом сама "Балтика" управляет аналогичными пивоварнями ещё в семи городах России. Выручка ООО "Пивоваренная компания "Балтика"" в 2020 году составила 76 млрд рублей, чистая прибыль — 8,2 млрд.

На долю этих двух компаний приходится примерно 40% российского рынка. Вопрос о "внутреннем" покупателе, который владеет достаточной суммой и готов приобрести такие активы во время турбулентности, остаётся открытым. То же можно сказать и о British American Tobacco, которой принадлежит табачная фабрика в Петербурге (выпускает сигареты Kent, Vogue, Dunhill, Lucky Strike, "Ява", системы нагревания табака GLO и др). В 2020 году выручка АО "БАТ–СПб" составила 34,6 млрд рублей, чистая прибыль — 2,6 млрд.

В свою очередь на федеральном уровне уже предложен проект закона и о передаче компаний, ушедших из России, под внешнее управление. Им может заняться ВЭБ.РФ (если стоимость активов превышает 1 млрд рублей и/или количество работников превышает 100 человек) или Агентство по страхованию вкладов (если это финансовая организация). Как говорится в проекте закона, к внешней администрации перейдёт полный контроль над организацией, а прежние собственники потеряют возможность влиять на деятельность компании. В случае, если иностранцы передадут управление добровольно, допускается порядок "возврата" компании.

Самое постоянное — это временное

Иностранцы могут воспользоваться и "временным выходом" из страны. Например, передав управление местному партнёру или менеджменту через новую версию акционерного соглашения. Существует также механизм доверительного управления с внешней компанией или купля–продажа с условием обратного выкупа.

За последний месяц возросло количество обращений к юристам по прекращению деятельности иностранных компаний в России, а также по сопровождению этого процесса, говорит Екатерина Баранова, юрист BGP Litigation. Преобладает вариант с продажей долей участия менеджменту с возможностью обратного выкупа, но универсальной формулы в этой ситуации нет, а выбор зависит от множества факторов, уточняет она.

"Прежде всего выбор зависит от того, планирует ли компания продолжать деятельность на российском рынке после того, как ситуация стабилизируется. Во–вторых, важна страна регистрации: в мире разный подход к продолжению ведения бизнеса на российском рынке. При этом значение имеют как позиция правительства страны, которую представляет компания, так и наличие давления со стороны потребителей. В–третьих, немаловажной является и доля России в глобальной выручке компании", — поясняет Екатерина Баранова.

Изменение акционерного соглашения является простым путём, однако не у всех иностранных инвесторов был партнёр из России. "Например, это касается ООО "Фацер", 100%–ной "дочки" иностранной Fazer Bakeries B. V. В этом случае предпочтительным вариантом может стать продажа части доли менеджменту и заключение акционерного соглашения об управлении", — предполагает Илья Кавинский.

Отметим, что финский Fazer намерен переименовать российскую "дочку" из ООО "Фацер" в ООО "Хлебный дом" (таким образом, петербургская компания не сможет использовать прежний "материнский" бренд). Для ООО "Хлебный дом" это не самый худший сценарий, полагает Марина Пожидаева, юрист Versus.legal. У бренда "Хлебный дом" уже наработана известность: под ним выпускалась практически вся хлебобулочная и некоторая кондитерская продукция концерна.

Как будет происходить заявленная передача активов БАТ, Carlsberg и Heineken, пока неизвестно. "С одной стороны, если товарные знаки и фирменный стиль иностранных брендов продолжат присутствовать в России, иностранным компаниям придётся продолжить контролировать соблюдение стандартов качества продукции. Но это будет компромиссом, а не полным категоричным уходом из России", — уточняет Марина Пожидаева.

С другой стороны, может быть передана просто материально–техническая база, без нематериальных активов в виде репутации бренда и возможности использовать наработанные маркетинговые стратегии. В этом случае заводам и их новым владельцам придётся с нуля выстраивать новый бренд, придумывать маркетинговые ходы про "наследие" и завоёвывать доверие потребителей.

Очень много двойной морали

В сфере девелопмента большая часть иностранных компаний оказалась в двойственном положении: заявить об уходе они заявили, а вот физически это сделать не могут. Так, и у Bonava, и у YIT есть недостроенные жилые дома и дольщики, которые купили в них квартиры. Если компании бросили бы и то и другое, их руководителям грозила бы уже уголовная ответственность.

Девелоперы столкнулись ещё с одной проблемой: из–за ограничений, введённых указом президента РФ № 81 от 1 марта, Росреестр прекратил с этой даты регистрацию сделок на покупку недвижимости у всех иностранных компаний. Месяц потребовался на то, чтобы утрясти все формальности. И на этой неделе девелоперы возобновили продажи.

Доля скандинавских строительных компаний на рынке Петербурга составляет менее 1,5%. Так, Bonava возводит три жилых дома площадью 45 тыс. м2, а ЮИТ — 11 домов площадью 85 тыс. м2. По оценкам экспертов, с учётом купленных земельных участков стоимость компаний составляет около 12 млрд рублей. "Впрочем, реальная цена выше за счёт раскрученного бренда обоих застройщиков. Он позволяет продавать жильё на 10–20% дороже, чем другие девелоперы в той же локации", — говорит Виталий Коробов, генеральный директор Element development. Как рассказывают участники рынка, поиск покупателей, готовых приобрести всю компанию целиком, продолжается.

Аналогичная ситуация и с финской девелоперской группой SRV. Она заявила, что развивать бизнес в России не будет, но и продавать свои ТРК в Петербурге и в Москве — тоже. В Петербурге девелоперу принадлежит "Охта Молл" (140 тыс. м2), он вместе с китайской Shanghai Industrial Investment Company также совладелец комплекса "Жемчужная плаза" (92,7 тыс. м2). Компания ищет покупателя на свои активы, стоимость может составлять около 29 млрд рублей. Но вряд ли сможет найти его быстро. Один из вариантов — продажа с большим дисконтом (20–30% от стоимости недвижимости).

Пока непонятно, что будет с девелоперским бизнесом шведской IKEA. Ей принадлежат две "Меги" — на "Дыбенко" и на "Парнасе" — общей площадью 306,3 тыс. м2, а также земельный участок под строительство третьей "Меги" в Новоселье. Стоимость этих активов эксперты оценивают в 45 млрд рублей.

Добавим: ряд иностранных компаний заявили, что намерены продолжить работу в России. В их числе и финский концерн Nokian Tyres, который после этого подвергся критике в соцсетях. "Легко критиковать до тех пор, пока тебя это не касается. Любой человек, не являющийся держателем акций Nokian Tyres, может кричать: "Прекратите там работать, залижите раны, подсчитайте потери". Легко говорить, когда речь идёт не о твоих деньгах, когда это somebody else’s money, — сказал на днях Юкка Хиенонен, председатель правления Nokian Tyres, изданию Tekniikan Maalimaa (цитата по переводу в Inosmi.ru). — А когда потери уже начинают сказываться на том, сможете ли вы в дальнейшем пользоваться автомобилем, отапливать свой дом, или когда в процесс вмешивается ваш работодатель — сразу начинаются совсем другие разговоры. Тут очень много двойной морали".

"Оснований для паники я не вижу. Количество безработных не увеличивается: на учёте стоят чуть больше 16 тыс. человек, что даже ниже показателей середины февраля. Количество вакансий не сокращается, а в отдельные дни даже растёт.

При этом мы на протяжении 2 недель фиксируем рост обращений в Центр занятости ищущих работу людей на 20–30%. Как правило, они трудоустроены, но заранее готовятся к возможным изменениям статуса и подбирают новые варианты. С другой стороны, цифры, которые мы наблюдаем, укладываются в обычную конъюнктуру рынка труда для этого времени года. Государство, понимая, что ситуация может оказаться сложной, заранее предпринимает серьёзные шаги. Правительство России выделило на поддержку занятости очень большие суммы. Они будут направлены на переподготовку граждан, организацию временной занятости и общественных работ, субсидирование найма молодых сотрудников. Вместе с тем в Санкт–Петербурге диверсифицированная экономика. Например, говорить о том, что закрытие одной–двух крупных сетей общественного питания резко повлияет на занятость даже в этом сегменте, не приходится. Российский бизнес готов занимать освобождающиеся ниши. В ежедневном режиме осуществляется мониторинг ситуации на рынке труда. И на уровне города, и государственной инспекцией труда, и прокуратурой. Всё, что мы слышали о приостановках, возможных уходах с рынка, закрытии, не привело к массовому высвобождению сотрудников, нарушению их трудовых прав, невыплатам зарплат. Тем не менее мы создали Центр кадровой мобильности, чтобы, если будут сокращения, оперативно подбирать людям новые рабочие места.

Сейчас ситуация в нашей экономике меняется каждый день, и вероятно, что часть объявленных Западом санкций будут отменены после урегулирования ситуации на Украине. Запад вводил санкции против России "с запасом" и не просчитал при этом, что европейская экономика не может эффективно функционировать в условиях энергетических санкций против России. Поэтому большинство западных компаний, которые громко хлопнули дверью и попрощались с Россией, на самом деле планируют здесь остаться. Они или замораживают развитие, или сужают ассортимент поставляемых товаров, или уходят, но продают свои активы временному российскому покупателю, который при улучшении конъюнктуры продаст их обратно. Некоторые компании заморозили производство в России, но изменили логистику и стали ввозить аналогичные товары из Китая. На российском рынке уход западных компаний отразится в минимальной степени. Компании уходят, но оборудование остаётся, и оно простаивать не будет. Мало того, в связи с падением покупательной способности россиян и неблагополучной ситуацией в сфере труда у компаний образуются излишние производственные мощности. Это временная ситуация, но необходимости в расширении производства нет. Вопрос инвестиций в расширение производства также не стоит. Сейчас говорить о конечном статусе конкретных компаний рано. Экономические власти России считают, что на логистическую перестройку экономики потребуется 3–6 месяцев. Через полгода будут ясны экономические перспективы России и можно будет с уверенностью констатировать, кто из западных компаний остался в России, а кто ушёл. Думаю, что последних будет очень мало.

Все новости

X
00:60