АСМ

Центр сертификации
и разрешительной документации с 1997 г.

  • 8 (800) 775-45-37

    Беслатно по России

  • +7 (495) 255-02-71

    Для звонков из-за границы

  •  Skype

     ежедневно
    с 9:00 до 21:00

Ирану интересны российские зерно, самолеты и железные дороги

Торгпред Андрей Луганский — о планах экспортировать в Иран автомобили «АвтоВАЗа» и проблемах с поставками Sukhoi Superjet 100

Иран станет важным рынком для российского зерна, когда цена на него снизится на 20–30%. Добиться этого Россия собирается, построив в исламской республике специальные терминалы для его хранения. Об этом в интервью корреспонденту «Известий» Инне Григорьевой рассказал торговый представитель РФ в Иране Андрей Луганский. Помимо сельскохозяйственной продукции, Россия собирается поставлять в Иран самолеты и другую продукцию машиностроения: автомобили, турбины и станки. А иранцы планируют экспортировать в Россию нефтехимическую продукцию и открывать клиринговые центры.

— В конце прошлого года была анонсирована российско-иранская программа «Нефть в обмен на товары». Предполагалось, что Россия будет поставлять в Иран свои товары, а нефть реализовывать на внешнем рынке. Какие товары Россия начала поставлять в Иран по этой программе?

— У нас стоит задача продавать иранскую нефть на рынки третьих стран. В случае реализации этой программы Иран готов на миллиарды долларов брать у нас продукцию машиностроения. Это любые технологии, связанные с железными дорогами; в Иране экономика и внутренняя логистика задыхаются от отсутствия железнодорожных перевозок. Сейчас первая задача у Ирана — сделать сквозной железнодорожный маршрут из Пакистана и Индии в сторону Турции и России, чтобы Иран стал транзитной железнодорожной страной.

Кроме железной дороги им нужна авиация, особенно малая и средняя. Иран тоже имеет право на транзитный авиационный хаб наподобие ОАЭ.

— Российские самолеты будут поставляться в Иран?

— Да, речь идет об МС-21. Причем есть программа не только поставок самого самолета, но и технологий его производства. Есть небольшие сложности с поставками Superjet из-за нерешенных патентных вопросов с иностранными комплектующими. Также обсуждается вопрос о поставках Ил-96. Это единственный самолет, который ни разу не потерпел крушение. Иранцы это понимают.

Помимо самолетов, Ирану очень интересны наши станкостроение и специальные стали. В Иране сейчас производятся в основном черные металлы, а специальной нержавеющей стали нет.

Также есть программа поставки грузовиков. Есть программа ремонта и строительства электростанций, модернизации существующих электростанций в Иране. Ирану нужны дополнительные мощности. Также будем поставлять газовые турбины.

— Какие сейчас есть преграды для реализации программы «Нефть в обмен на товары»?

— Иранская нефть не панацея. Все-таки структуры экономики наших стран схожи. И мы, и Иран — сырьевые державы. Но у нас большая промышленная составляющая экономики, а у Ирана — нет. У Ирана нет таких машиностроительных технологий, как у нас. Поэтому путь развития наших торговых отношений именно в плоскости продажи или перепродажи нефти — это, на взгляд экспертов Минэкономразвития и торгового представительства, экстенсивный путь, хотя тоже имеет право на жизнь.

Гораздо эффективнее пользоваться деньгами, которые Иран имеет в третьих странах за уже проданную или продающуюся нефть. Зачем нам пытаться продавать иранскую нефть в третьи страны, если Иран сам ее успешно продает?

За товары, которые мы покупаем за рубежом, могут заплатить иранцы теми деньгами, которые у них находятся, в частности, в Китае, в Южной Корее, в Японии и еще примерно в 20 странах. А потом на эту сумму получить у нас нужные им товары. Одна из задач иранского правительства — использовать клиринговые иранские деньги, то есть деньги, которые не предназначены для конвертации, в валютах этих стран. Россия может помочь Ирану в этом. Многими российскими банковскими структурами и коммерческими организациями сегодня планируется создание небольших клиринговых центров, которые могли бы использовать иранские деньги в третьих странах для импорта.

— Какие регионы могут первыми в этом поучаствовать?

— Регионы, в которых наиболее развито машиностроение.

— Мы им предлагаем автомобили «АвтоВАЗа»?

— Конечно. Только они пока не хотят пускать их на свой рынок, поскольку это негативно отразится на их собственном производстве легковых автомобилей.

— Сколько сейчас в портфеле вашего торгпредства российско-иранских проектов и на какую сумму?

— В портфеле около 50 проектов. На сумму порядка $40 млрд.

— В каких сферах эти проекты?

— Все сферы машиностроения, авионики, железнодорожное строительство, подвижной состав, электроэнергетика.

— РЖД планирует проекты в Иране?

— Да. Половину из экспортного кредита, предоставленного РФ Ирану, на $2,2 млрд планируется использовать на электрификацию железной дороги в Иране. В течение 1,5–2 лет проект будет реализован.

— В чем основная проблема с приходом наших нефтяных компаний на разработку месторождений в Иране?

— Основная проблема в том, что нефть и газ Ирана не могут быть переданы в частные руки. Сегодня наиболее эффективно оформлять все заходы наших нефтяных компаний в Иран сервисными контрактами с фиксированной стоимостью. Даже если это разработка новых месторождений и бурение скважин.

— Для решения этой проблемы планировалось разработать модель нового контракта. Чем он будет отличаться от старого?

— Я присутствовал на презентации нового контракта, но ничего нового не увидел. Принцип раздела продукции не предложен, принцип buy-back предложен с очень длительными характеристиками, которые неприемлемы. По сути, это тот же самый сервисный контракт.

— То есть новый контракт не позволит инвесторам владеть долей в месторождении?

— Нет.

— Может ли «Газпром» вернуться на месторождение «Южный парс» в Иране?

— Конечно, может. Другое дело, что газ принадлежит государству Иран и «Газпрому» принадлежать не может.

— Сохраняются ли планы сделать Дагестан транспортным коридором в торговле между Россией и Ираном?

— Была такая идея, но она в большей степени обсуждалась с точки зрения железнодорожных паромов, чтобы железнодорожную сеть Ирана связать с нашей через паромы. Но из-за слабой развитости иранской железнодорожной сети эти планы пока развития не получили.

— Какие новые товары могут начать поставляться из Ирана в Россию?

— Различная нефтехимия. Сейчас договариваемся о цене.

— Какова ситуация с поставками зерна из России в Иран?

— Мы очень мало зерна экспортируем в Иран. Основная проблема — наша высокая цена.

— Эта проблема как-то решается?

— Планируется строительство зерновых терминалов на территории Ирана, чтобы удешевить наше зерно. Цена таким образом может упасть процентов на 20–30. Это решит проблему цен.

— В прошлом году был создан «зеленый коридор» между Россией и Ираном. Заработал ли он на полную мощность?

— В этом году заработает. Сейчас технически не связаны компьютерные сети нашей ФТС и таможенной службы Ирана. Но в ближайшее время эта проблема решится.